Соберите свою комнату
и посмотрите, что с ней не так

Что показывает модель

Комната делает со звуком три разные вещи, и лечатся они по-разному. Модель разводит их по трём слоям, чтобы не смешивать в одно «плохо звучит».

Первые отражения

Звук от монитора приходит к вам дважды: напрямую и через стену. Задержка между ними — единицы миллисекунд, и слух не воспринимает это как эхо: он складывает два сигнала, и на части частот они гасят друг друга. Получается гребёнчатый фильтр — провалы, которые ползут по спектру при малейшем повороте головы. Именно из-за них сцена «мажется», а средние частоты становятся мутными.

Модель находит эти точки методом мнимых источников: зеркалит колонку относительно каждой стены и смотрит, попадает ли отражённый луч в ваши уши. Работает это на любой форме комнаты, а не только на прямоугольной, — и на скошенной стене часть отражений честно пропадает, за что скосы и любят. Для каждой точки страница показывает три числа: где она находится в сантиметрах от угла и от пола, через сколько миллисекунд приходит звук и на какой частоте будет первый провал.

Размер зоны, а не точка

Точка отражения — идеализация. Реально стена отвечает пятном, и его размер считается через первую зону Френеля: чем ниже частота и чем длиннее путь, тем пятно шире. Для типичной домашней студии это 130–180 см в поперечнике на 500 Гц. Отсюда практический вывод, который обычно узнают дорогой ценой: панель 30×30 в «точке отражения» почти ничего не делает, а панель 120×60 накрывает зону целиком. Модель рисует эту зону кольцом и пишет её диаметр.

Модальные зоны

Ниже примерно 150–200 Гц комната перестаёт быть «помещением» и превращается в резонатор: воздух в ней колеблется на собственных частотах, которые зависят только от размеров. На карте пола видно, где у этих мод пучности давления — места, в которых бас громче всего. Углы подсвечены всегда: там пучность у всех мод сразу, поэтому углы и есть самое выгодное место для басовой ловушки.

Время реверберации

Выше модальной зоны работает статистика, и комната описывается временем затухания. Модель считает его по семи октавным полосам от 63 Гц до 4 кГц по формуле Эйринга с учётом поглощения в воздухе и сравнивает с целевым коридором для вашего объёма по EBU Tech 3276. Разнесённые по полосам цифры показывают самую частую беду домашних студий: ковёр и тонкие поглотители съедают верх, а низ остаётся нетронутым — комната становится глухой и продолжает гудеть.

Что играет в комнате — половина ответа

Одна и та же комната ведёт себя по-разному в зависимости от того, что в ней стоит, и это не про «мониторы получше». Речь о физике: моду можно услышать только если её есть чем возбудить.

Размер НЧ-драйвера

Пятидюймовый монитор начинает играть примерно с 52 Гц, восьмидюймовый — с 35, двенадцатидюймовый — с 27. Ниже этой границы отдача падает круто, около 24 дБ на октаву. Значит комната с продольной модой 34 Гц для владельца пятидюймовой пары этой моды просто не имеет: возбуждать нечем, и басовая ловушка под неё — выброшенные деньги. Поставьте туда восьмидюймовые мониторы, и та же мода станет главной проблемой помещения.

Модель считает это честно: при смене драйвера пересчитывается и разброс баса, и список подсказок. На маленьких мониторах в типовой комнате размах падает вдвое — и это не потому, что комната стала лучше, а потому, что до её худших частот система не достаёт.

Сабвуфер меняет задачу целиком

Саб добавляет полторы октавы снизу — и вместе с ними все моды, которые там живут. Поэтому комплект 2.1 почти всегда требует более серьёзной обработки углов, чем та же пара мониторов без саба. Положение сабвуфера при этом важнее его мощности: в углу у всех мод пучность давления, и саб, поставленный туда, раскачает каждую. Двигать его в модели можно прямо по плану.

Отдельно стоит смотреть на частоту раздела. Если она ниже, чем реально играют мониторы, между сабом и ними образуется провал — бас окажется испорчен не комнатой, а настройкой; модель об этом предупреждает прямым текстом. Ранние отражения для сабвуфера, наоборот, не считаются вовсе: на 80 Гц длина волны 4,3 метра — больше комнаты, и геометрическая акустика там неприменима.

Многоканал: больше колонок — больше отражений

Конфигурации 5.1 и 7.1 раскладываются по ITU-R BS.775: фронты ±30°, центр по оси, тыл ±110°. Каждый сателлит даёт собственный набор первых отражений, и в небольшой комнате тыловые каналы оказываются в полуметре от стены — отражение от неё приходит почти вместе с прямым звуком. Именно поэтому многоканальная комната требует обработки задней стены, о которой в стерео можно было не думать.

Направленность

Чем крупнее диффузор, тем уже его луч на высоких частотах. Модель учитывает это диаграммой поршня: восьмидюймовый монитор бьёт в боковую стену слабее пятидюймового при той же громкости, и уровень его отражения в расчёте ниже. На практике это означает, что для больших мониторов боковые точки менее критичны, чем для маленьких, — но потолок и стол остаются.

Почему материал стен решает

Отделка задаётся отдельно каждой поверхности, и это не занудство. Разброс между материалами на низких частотах — в разы, а не на проценты.

Бетон и штукатурка на 63 Гц поглощают около 2 % энергии: для баса это зеркало. Гипсокартон на каркасе с зазором — около 15 %, потому что лист работает мембраной и часть низа забирает сам. Одинарное остекление — до 25 %: окно в студии всегда считают отдельно, оно заметно «съедает» бас и добавляет проблем на средних. Ковролин на подложке, наоборот, почти не трогает низ, зато забирает до 65 % на верхних частотах.

Из этого следует вещь, которую невозможно увидеть в калькуляторе с одним полем «материал»: комната из гипсокартона и точно такая же бетонная требуют разного комплекта. В первой бас частично гасят сами стены, и деньги логичнее вложить в середину и первые отражения. Во второй без басовых ловушек в углах не обойтись, сколько бы тонких панелей вы ни повесили.

Коэффициенты берутся из той же таблицы, что опубликована в разделе акустических калькуляторов — чтобы расчёт здесь и расчёт там сходились между собой.

Как примерять панели

В примерке участвует реальная линейка: 35 позиций с настоящими габаритами, паспортными границами работы и ценами. Нажатие на карточку ставит панель не «куда-нибудь», а в первую открытую точку отражения — то есть туда, где она сразу начинает работать. Дальше её можно двигать вдоль стены и по высоте, поворачивать, отодвигать от стены и перекрашивать.

Что меняется в расчёте

Панель не просто появляется в сцене. Она вычитает свою площадь из площади голой стены, добавляет собственное поглощение по всем семи полосам, закрывает зону отражения — и через изменившееся время реверберации меняет затухание мод, а значит и форму басовой АЧХ. Поэтому четыре ловушки в углах видно на графике сразу: горбы становятся ниже и шире.

Зазор за панелью

Отдельный слайдер, который стоит покрутить каждому. Поглотитель забирает энергию там, где у волны максимум колебательной скорости, — в четверти длины волны от стены. Отодвинув панель на 5 см, вы сдвигаете нижнюю границу её работы примерно на треть октавы вниз, ничего не доплачивая, кроме крепежа. На модели это видно цифрой: у пятисантиметровой панели граница уезжает со 170 до 113 Гц.

Углы работают эффективнее

Одна и та же панель в углу забирает заметно больше низа, чем на середине стены: в углу у всех мод пучность давления, и поглотителю просто есть с чем работать. В модели это учтено прибавкой к эффективной площади на басовых полосах — поэтому угловые позиции почти всегда оказываются выгоднее по соотношению «результат на рубль».

Что модель не умеет

Инструмент считает физику честно, но у любой модели есть границы, и знать их полезнее, чем верить в точность до второго знака.

• Моды точны только для прямоугольной комнаты. Для нарисованного контура собственные частоты считаются по эквивалентной коробке того же объёма с сохранением пропорций. Первые отражения и время реверберации при этом остаются точными — им прямоугольность не нужна.
• Отражения — первого порядка. Считается один отскок от каждой поверхности. Второй и третий тоже существуют, но они слабее и приходят позже, а решают в первую очередь именно первые.
• Кривая поглощения панели построена, а не измерена. Она выводится из паспортной нижней границы и сверена со справочными значениями для сопоставимых конструктивов. Модель намеренно консервативна: краевую дифракцию и переотражения между панелями она не учитывает, а они работают в плюс.
• Время реверберации по Эйрингу описывает диффузное поле — то есть честно работает выше частоты Шрёдера, которая для домашней комнаты лежит около 100–150 Гц. Ниже неё смотреть нужно на модальную АЧХ, а не на цифру RT60: там комнатой правят отдельные моды, а не статистика.
• Мебель, двери и ниши не учитываются. Шкаф вдоль стены — это заметное поглощение и рассеивание, диван — ещё больше. Реальная комната почти всегда звучит чуть лучше голого расчёта.

Это инструмент проектирования и понимания, а не протокол испытаний. Он показывает, где проблема и какого она порядка, — а точку в вопросе ставит замер в комнате.

Частые вопросы